миpa; ап. Павел долгое время жил в Коринфе, который отличался среди городов Греции своей роскошью и развратом; оба, хотя и не условились в этом заранее, окончили жизнь свою в Риме. «Не бывает, чтобы пророк погиб вне Иерусалима» (Лк 13.33), — сказал Христос.

А потому подобало, чтобы Доминик, несмотря на положение дел, раскинул шатер свой в Тулузе, бывшей очагом и центром всех заблуждений. Маловерные ждут мира, как они говорят, чтобы начать действовать; апостол же сеет в бурю, чтобы собрать плоды в хорошую погоду. Он помнит о словах Учителя своего: «Услышите о войнах и о военных слухах. Смотрите, не ужасайтесь» (Мф 24.6).

Но, оставаясь верным своему назначению, невзирая на все ужасы войны, Доминик понимал, что менее, чем когдалибо, он должен нарушать присущие этому назначению миролюбие и самоотверженность. Хотя и справедливо идти с мечом на тех, что восстают против истины силою, эта же истина обыкновенно страдает от такой защиты, ибо на нее же возлагают ответственность за неизбежные в этих столкновениях излишества. Меч никогда не останавливается на границе права; возбужденная рука человека с трудом влагает его снова в ножны. Нужно быть ангелом, чтобы уметь сражаться за истину; да и тогда, при свойственном уму человеческому непостоянстве, побежденные угнетатели могли бы найти поддержку в несправедливом чувстве сострадания к ним. А потому было чрезвычайно важно, чтобы Доминик остался верным высокому замыслу Асеведо и чтобы наряду с рыцарством, вооружившимся на защиту свободы Церкви, появился святой человек, опирающийся исключительно на силу благодати и убеждения. В Польше, когда священник